ДОМОЙ
РАCПИСАНИЕ
О ПРОЕКТЕ


facebook
вконтакте
twitter
Погодные условности

На сцене культурного центра ЗИЛ состоялась премьера балета "Времена года", поставленного тремя хореографами на музыку Владимира Мартынова. Смену климата в балете "Москва" почувствовала ТАТЬЯНА Ъ-КУЗНЕЦОВА.
Тут надо уточнить: в этом коллективе всегда были две совершенно автономные труппы -- современная и классическая. И если "современники" время от времени удивляли столицу лихой премьерой (даже получали "Золотые маски"), то "классики" считались полным отстоем -- сюда приходили те, кого не брали в более приличные московские компании. Собственно "Лебединые озера" и "Дон Кихоты" балета "Москва" мало кто видел, кроме случайной публики и друзей артистов,-- так что, честно говоря, о реальном состоянии труппы обозреватель "Ъ" имела хотя и негативное, но весьма туманное представление.
В начале сезона в балете "Москва" случилась революция: его возглавила Елена Тупысева -- опытный менеджер, специализирующийся по современному танцу. Она произвела кадровую чистку, провела конкурс (в результате чего в классической труппе вместо 45 человек осталось 25) и провозгласила курс на совершенно оригинальный репертуар -- чтобы местных "классиков" даже не пытались сравнивать с коллегами из серьезных классических компаний. Первенцем новой репертуарной политики и стали "Времена года", которые композитор Мартынов предоставил в распоряжение балетных людей вместе с OpusPosth -- струнным оркестром Татьяны Гринденко, поддержавшим премьеру живым исполнением.
Под "Временами года" Владимир Мартынов подразумевал не календарь. Его сезоны -- это исторические периоды в истории музыки: минималистская партитура основана на темах Вивальди, Баха, Мендельсона и Пярта. В балете "Москва" столь сложную музыку побоялись отдавать одному хореографу и поручили постановку сразу трем. За "Весну" и "Зиму" отвечал Кирилл Симонов (бывший артист Мариинского театра, ныне -- глава Петрозаводского балета), за "Лето" и "Осень" -- Анастасия Кадрулева и Артем Игнатьев, получившие балетмейстерское образование в петербургской Академии Вагановой, однако в работе с "классиками" ранее не замеченные.
Разница хореографических стилей не была вопиющей: идущий без антракта 100-минутный балет выглядел цельно и стройно, чему способствовал скандинавский лаконичный дизайн Дженни Нордберг, рассекшей сцену плоскими черными вертикальными панелями. Совмещенные на заднике, они создавали образ глухой зимней беспросветности, разреженные по пространству сцены -- позволяли вообразить лесной пейзаж довольно зловещего вида.
Хореография, впрочем, пользовалась этими "деревьями" весьма фривольно, особенно "Летом", во время любовных игр безымянных персонажей, отсылающих искушенных зрителей к первому в истории балета модернистскому опусу -- "Послеполуденному отдыху фавна" Вацлава Нижинского. Хореографы обошлись без цитат, однако юноша, раскинувшийся на полу, столь же лениво-пристально наблюдал за любопытными и пугливыми девицами, шнырявшими меж "стволов" в поисках партнеров, а мизансцена -- взгляд глаза в глаза с самой решительной из "нимф" -- так же, как в "Фавне", оказалась эмоциональной кульминацией фрагмента.
Главные любовные драмы развернулись "Зимой": хореограф Симонов поставил четыре дуэта с трагическими, даже фатальными развязками и весьма отважным по нынешним временам гендерным разнообразием. И если поддержки в разнополых адажио были несколько схожи (преобладали выбросы с разножками в шпагат с последующим скручиванием партнерши либо за спиной, либо у пола), то чисто женский дуэт Софьи Гайдуковой и Ирины Лобковой, окончившийся убиением одной из них, отличался не только психологическим напряжением, но и вполне убедительным танцевальным взаимодействием.
"Времена года" опираются на классический тренаж, однако предлагают артистам новые для них координационные задачи и темпы. Труппа залихватски ломает позвонки и забрасывает руки вокруг головы и торса, отважно бросается на пол после прыжков; учится не заигрывать с залом, как положено "классикам", а сосредотачивается на сценических задачах. Самые слабые члены коллектива тактично запрятаны в задние ряды (благо с пространством сцены и рисунком массового танца хореографы Игнатьев и Кадрулева работают весьма умело), лидеры труппы (Людмила Доксомова, Алевтина Мухортикова, Кирилл Зарецкий) получили эффектные соло и дуэты, позволяющие оценить их достоинства. А невысокая крепышка Софья Гайдукова, внучка знаменитой директрисы Московского училища Софьи Головкиной, которую долго и тщетно тянули в классические балерины, раскрылась в современной хореографии совершенно неожиданным образом: ее напор, бесстрашие, умение справляться с рискованными техническими и актерскими задачами сделали артистку незаменимой во всех четырех временах года.
Подобной самоотверженной ретивости от настоящих "классиков" ожидать трудно, азарт артистов укрупняет и разнообразит хореографию, и в результате нелегкие "Времена года" пролетают так же незаметно, как и реальное время. Словом, балет "Москва" свою первоочередную задачу выполнил: получил скроенный по собственный мерке спектакль, а заодно избавился от невыгодных сравнений.

Коммерсант