ДОМОЙ
РАCПИСАНИЕ
О ПРОЕКТЕ


facebook
вконтакте
twitter
Об интересе смерти

автор: Алена Солнцева
событие: Чевенгур

«Чевенгур» - новое название в афише театра ОКОЛО, руководитель которого Юрий Погребничко больше любит перебирать старые тексты, возвращаться к уже игранным, чтобы проверить, что сегодня можно извлечь из знакомых слов. Со знакомыми авторами ему не хочется расставаться, он их перебирает, перекраивает, а они ему добавляют новые смыслы.
Узнав, что Погребничко взялся за Платонова, я очень порадовалась, потому что у Платонова есть то, что ему нужно – непрямая связь между событиями и словами.
Платонов строит фразы, искажая обычную логику языка, пользуясь инверсиями и повторами, в общем, криво строит – и примерно так же выстраивает свои мизансцены Погребничко. Его актер никогда не выйдет просто на сцену, чтобы сказать текст роли, он будет долго перемещаться, выполнять сложные движения, а когда начнет говорить, то без всяких вводных, сразу самое главное, зато и повторит несколько раз, чтобы вслушаться в ритм.
И, конечно, степень концентрированности, плотности у них похожа. В общем, стало очень интересно. Но «ни разу никто не объяснил бобылю простоты событий»…
Пришла в театр, спектакль идет час, причем половину времени занимает знаменитый рассказ Хемингуэя «Убийцы», который как раз поставлен целиком. Ну Хэм так Хэм, тоже хороший автор, мы его любили, портреты в домах в красном углу… Тем более, он тоже любит одни и те же конструкции повторять, а смысл глубоко засовывать между слов. «Убийцы», впрочем, рассказ простой, но литой. Двое киллеров приехали выполнить заказ, пришли в кафе, ждут, поели яичницу, а хитрый хозяин послал официанта предупредить жертву, что, мол, за тобой пришли. А жертва знает, что придут, ну и тоже ждет, а бежать не хочет. Официант возвращается, и хозяин его спрашивает: «Видел Оле? - Да, - сказал Ник. - Он сидит у себя в комнате и не хочет выходить. - Ты ему рассказал? - Рассказал, конечно. Да он и сам все знает. - А что он думает делать? - Ничего. - Они его убьют. - Наверно убьют. - Должно быть, впутался в какую-нибудь историю в Чикаго. - Должно быть, - сказал Ник. - Скверное дело. - Паршивое дело, - сказал Ник. Они помолчали. Джордж достал полотенце и вытер стойку. - Что он такое сделал, как ты думаешь? - Нарушил какой-нибудь уговор. У них за это убивают. - Уеду я из этого города, - сказал Ник. - Да, - сказал Джордж. - Хорошо бы отсюда уехать».
В сущности, это финал рассказа. И в спектакле это вот так прямо и играют, как написано.
Теперь скажите, какое отношение это имеет к Платонову? Ну кроме того, что рассказ написан в 1926 году. То есть, тогда же, когда и «Чевенгур». В то же время, но не в том же месте… В Испании, куда Хемингуэй поехал прогуляться, устав от жизни в Париже, и где писал свой роман, который сделает его знаменитым. А Платонов в это время мучился и переписывал «Чевенгур», и ему говорили, что напрасно он мучается, что нельзя это печатать, что мутно написано, многословно и непонятно.
Ну и конечно, «хорошо бы отсюда уехать». Хорошо бы, да некуда. Никто никуда и не уезжает, а лежит и думает «об интересе смерти».
Из огромного платоновского романа Погребничко взял всего несколько цитат, практически пару кусков, даже не одну главу, про озеро Мутево, где утопился рыбак, который «хотел посмотреть — что там есть: может быть, гораздо интересней, чем жить в селе или на берегу озера; он видел смерть как другую губернию, которая расположена под небом, будто на дне прохладной воды, — и она его влекла».
Ну а у рыбака остался сын, мальчик, закинул мальчик удочку в озеро, да и ушел на долгие годы.
Смерть все равно есть, беги, не беги, с этим и живем.
Туловища без лица, из мешков сшитые манекены, их аккуратно передают друг другу двое, мужчина и девушка. И укладывают на деревянные носилки, как шпалы, лежащие на сцене. Мертвое и живое. «И все люди у гроба тоже заплакали от жалости к мальчику и от того преждевременного сочувствия самим себе, что каждому придется умереть и так же быть оплаканным».
Среди одетых в красноармейскую форму молчаливых мужчин с безучастными лицами возникает знакомый текст еще из одной пьесы:
«Несчастливцев. Куда и откуда? Счастливцев. Из Вологды в Керчь-с, Геннадий Демьяныч. А вы-с? Несчастливцев. Из Керчи в Вологду».
Да, вот так и слоняемся. Отсюда – туда, оттуда – сюда, все пытаемся построить царство божие, нырнуть в воды озера Мутеево (в театре на сцену выносят цинковое ведро с надписью, как в столовой на кастрюлях).
При чем тут Америка, Чикаго, с его киллерами, когда у нас тут не считано и не меряно, в озеро Мутеево, сами, и не с голоду -- от голода умирать привычно -- а от тоски и желания мечту свою исполнить, все скопом, миллионами, ложимся, косточка к косточке…
Мальчик удочку закинул… Тянем-потянем… Тятя, тятя, наши сети…
А вы знаете, что в 1964 году в Америке на студии Universal Pictures сняли фильм по рассказу «Убийцы». Что в этом интересного? А то, что в нем последнюю свою роль сыграл актер Рональд Рейган. Потом он стал президентом США. И назвал Советский Союз империей зла…Обозвал, можно сказать, ту страну, «где железные дюймы побеждают земляные версты». А вы говорите, при чем тут…
Спектакль короткий, как стихи. Но каждый волен в него вложить свои персты.


Специально для ЛИМ